Filigran: как личная ежедневная практика стала цифровым продуктом

Это различение постепенно изменило для меня сам предмет работы.

Если ценность находится в предсказании, продукт должен каким-то образом убедить человека, что выпавший знак знает о нём или его будущем нечто особенное. Мне такая конструкция была не нужна.

Если же ценность находится в философском вопросе, устройство становится другим. Образ здесь не заменяет собственное суждение человека. Он создаёт непривычную точку зрения, с которой можно снова посмотреть на то, что уже происходит.

Поэтому для меня оказалась важна именно ежедневность.

Один день даёт один вопрос. На следующий появляется другой. Постепенно значение приобретает уже не только содержание сегодняшнего разбора, но и накопление: к каким темам человек возвращается, какие слова повторяет, какие напряжения замечает снова.

В самом продукте позднее появились две временные оси: сегодняшний день и более длинный «узор» собственных записей. Во внутренней логике проекта это различие между тем, как форма конкретного дня встречается с жизнью человека, и тем, что становится заметно только на протяжении времени.

Поэтому я скорее воспринимаю Filigran как ежедневную философскую практику. Она не обязана сообщать человеку, кто он и как ему следует поступить. Её задача — создать достаточно содержательный вопрос, чтобы человек мог увидеть собственную ситуацию ещё с одной стороны.

Следующим слоем стали метафорические карты.

Мне хотелось, чтобы мысль существовала не только как длинное объяснение. У одной темы могут быть разные смысловые грани, и каждой из них можно попытаться найти собственную визуальную форму.

Поэтому карточка в проекте строится не просто вокруг одного символа. Внутри системы сохраняются конкретная смысловая грань, ключевая фраза и визуальная идея. Новая формулировка сама по себе ещё не означает новую карточку: важно, чтобы действительно появилось другое различение.

Постепенно сформировался и собственный визуальный язык Filigran: тёмные и светлые пространства, приглушённое золото, пергаментные поверхности, живописные карты, чередование чтения и визуального погружения. В проектной документации дизайн рассматривается именно как часть опыта взаимодействия с материалом, а не как декоративная оболочка поверх него.

Сам интерфейс тоже создавался в работе с искусственным интеллектом.

Я собирала этот контур в VS Code и управляла им не через ручное написание каждого визуального элемента. Моей работой было определить направление, увидеть, когда результат с ним расходится, выбрать удачные решения и решить, что ещё нужно изменить.

Claude помогал мне формировать промпты и точнее описывать направление дизайна. Codex реализовывал решения и дорабатывал их в коде. Затем я смотрела на результат, отбрасывала то, что не соответствовало замыслу, уточняла задачу и запускала следующий цикл.

Для меня здесь важно не утверждение «ИИ сделал дизайн». Искусственный интеллект не знал заранее, каким должен стать Filigran, и не решал, когда визуальная система уже стала цельной.

Практическая ценность была в другом: я могла управлять AI-assisted контуром производства, соединяя несколько инструментов и последовательно доводя их результат до визуальной формы, которая соответствовала моему представлению о продукте.

Та же граница действует при создании самих метафорических карт. ИИ позволяет значительно быстрее получать визуальные варианты, но решение о том, что именно должно быть выражено изображением, остаётся авторским.

В текущем производственном процессе смысловые формулировки существуют отдельно от изображения, а системе генерации передаётся уже сформулированная визуальная задача. Это разделение пришлось закрепить специально после того, как стало ясно, что поручать генератору одновременно и изображение, и авторский смысл — неверное распределение ролей.

И результат не принимается только потому, что картинка получилась красивой. В рабочем процессе отдельные изображения возвращаются на доработку или перерисовку, если визуально они существуют, но нужная идея в них не читается.

У Filigran есть и отдельная итальянская версия:

filigrana.it ↗

Она уже существует, но пока тоже продолжает дорабатываться.

Здесь задача оказалась значительно сложнее, потому что исходная содержательная работа велась мной по-русски. Русский — язык, на котором сначала появляются смысловые различения, вопросы и формулировки.

Перевести такой материал на итальянский — недостаточно.

Первую версию текста я действительно могу получать с помощью ИИ, но после этого начинается другой процесс. Нужно проверить не только значение слов, но и то, как сама мысль существует на итальянском: не стала ли формулировка слишком категоричной, не приобрела ли нежелательный оттенок, естественно ли звучит сочетание, понятно ли оно человеку, который не знает русского исходника.

Поэтому для итальянской версии формируется более длинный рабочий контур.

В нём участвуют разные ИИ-роли: перевод, редакторские проверки, смысловая сверка, поиск языковых расхождений. Отдельно нужна проверка того, как конкретные формулировки и словообразования действительно воспринимаются на итальянском языке.

Это уже не задача одного переводчика — человеческого или искусственного.

Фактически приходится переносить между языками не предложение, а способ провести различение.

Поэтому итальянская версия развивается вслед за русской. Сначала я довожу до устойчивого состояния исходную смысловую систему, затем настраиваю более сложный процесс её переноса на итальянский.

Архитектурно обе языковые версии уже связаны одной продуктовой системой, но приложение намеренно не показывает неподготовленный русский материал в итальянском интерфейсе только ради полноты. Если содержательный слой для итальянской версии ещё не готов, лучше его временно не показывать, чем подменять качественную адаптацию механическим переводом.

Для меня это тоже оказалось частью проекта: многоязычность — не кнопка «перевести», а ещё один пример того, почему цифровому продукту приходится различать текст и смысл текста.